img

"Это была героическая страница истории!" - командир 1-й десантной штурмовой роты Игорь Крещенок (часть 2-я)


Москва - Ветеранские вести. Полностью интервью с Игорем Крещенком, в 1995 год занимавшем должность командира 1 дшр 879 гв.одшб, входившего в 336-ю отдельную гвардейскую бригаду морской пехоты Краснозмённого Балтийского флота, можно будет прочесть в готовящемся переиздании книги редактора "Ветеранских вестей" Олега Коршунова "Чёрный снег Грозного". 

Продолжение. Первая часть интервью на портале "Ветеранских вестей" - по ссылке >>>.

- Итак, ваша рота прибыла в Андреевскую долину под Грозным...

- Грязь была непролазная, сумасшедшая! Подходят ребята из первой группы: " Ну, что? Копайте!" Мы договорились с инженерами, они нам подогнали технику, прорыли траншеи, которые мы стали облагораживать, приводить в приличный вид до наступления темноты В общем, успели хоть как-то перекрыться, чтобы разместить людей на ночлег. И в долине мы сразу же стали получать боевые задачи. Командир бригады, будущий Герой России, Евгений Нмколаевич Кочешков встретился с командующим группировки "Запад" генерал-майором И.Бабичевым, которому мы были подчинены. Было принято решение, что от всех подразделений батальона в город выходят первые боевые группы, на смену десантникам, занимающим оборону в "Зеленом квартале". (Городской квартал, примыкающий к зданию Республиканского комитета бывшей ЧИАССР ("дворец Дудаева"), располагающийся между улицей Чернышевского на севере, улицей Розы Люксембург на западе, проспектом Победы на востоке и проспектом Орджоникидзе на юге. Своё наименование получил оттого, что на картах был отмечен зелёным цветом.-прим.автора.) Комбриг запросил добровольцев, но добровольцами оказался весь батальон, потому комбриг принимал решение командирское. Оно состояло в том, что наиболее опытные командиры взводов от всех рот входят с передовыми группами. Командиры рот должны были пойти со вторыми группами. Е.Н.Кочешков сказал: " Я не хочу обезглавить подразделения в следствие нелепой случайности. Вы пойдёте на вторые сутки".

Вошли сначала в парк Ленина, затем переместились на Центральный рынок, до которого функционировал коридор. (7 января 1995 года район Центрального рынка Грозного использовался как плацдарм для наступления в центр города. -прим.автора.) Пехота дала бронетранспортеры, сейчас не скажу, что за подразделение. Бронетранспортеры вывезли нас к рынку, у рынка нас встретила передовая группа управления батальона. И там же, на рынке, моментально попали под снайперский огонь. Вообще, огонь снайперов был сильный. Мы, конечно, шустро учились на ходу, как перемещаться по городу, но я один раз к комбату, Дарковичу Александру Васильевичу,  сходил на совещание, и потом сказал: "Я понимаю, можно погибнуть, когда людей в атаку ведешь, а вот погибнуть при этих перемещениях, чтобы услышать в штабе пару заветных слов... По радиосвязи сообщите мне, что нужно услышать, а вот эта беготня туда-сюда ничего хорошего не даст".

- Мне доводилось общаться с десантниками, ведшими бои в " Зеленом квартале", и из 76-й псковской дивизии, и из 104-й ульяновской. Как Вы, офицер морской пехоты, оцениваете подразделения ВДВ, которым прошли на замену?

- Вот тут я расскажу отдельно! Надо отдать должное нашим коллегам О-де-Сен тропам. Десантура не бросила позиции на радостях, что их сменили морпехи. Командование десантных подразделений заняло принципиальную позицию, что мы устали штурмовать подъезды по нескольку раз, потому морпехов дожлется, и сколько надо, столько и будем сидеть на позициях. И они сутки находились с нашими передовыми группами, и переживали им боевой опыт. То есть разыгрывали бой, провоцируя противника на открытие огня, демонстрируя, где располагаются огневые точки. В общем, все так завязывалось в интересное театральное действие, разбивались на несколько этапов. В общем, показали все особенности своих позиций, показали особенности противника. А там, в квартале, реально был чётко обозначенный фронт, вот наши позиции, вот позиции противника. И наши передовые группы быстро, благодаря десантникам, во все это втянулись.

И вот за что, помимо прочего, огромное спасибо десантникам, так за то, что оставили нам весь свой боезапас. Боеприпасы, кстати, складировались в туалетах квартир, как наиболее защищенных стенами местах. У меня конкретно осталось несколько реактивных огнеметов "Шмель", РПГ-26 штук, наверно, семьдесят. Вскрытые цинки с патронами были расставлены по всем принципиально важным местам на позициях, в общем, где упал, там и заряжаешься, короче.

На совещании было принято решение на штурм. На мой взгляд штурм " Зелёного квартала" не был проработан основательно, так, как мы прорабатывали более поздние операции. Было жесткое ограничение по времени, задачу необходимо было выполнить, и деваться некуда! Организацию взаимодействия мы могли бы отработать повнимательней. Для начала командирам рот необходимо было зайти со своими группами, вжиться в обстановку хотя бы за несколько часов. В результате: прийти в ночь в район, совещание, вот схема, вот карта, на этом всё!

Штурм начался в четыре утра 18 января 1995 года, и фактически закончился в четыре утра 19 января. Начался штурм с того, что наши разведчики должны были пройти в находящийся посередине квартала детский сад, и, оставив одну группу, выйти к зданию на противоположной стороне, занять его, и дать команду на выдвижение остальных подразделений. То есть у них не было задачи на зачистку дома, и так далее. Нам нужно было понимание, что в центре есть наша группа, хотя бы одна, но которая, на случай чего, обеспечит продвижение левого и правого крыла.

Я не хочу плодить слухи, но дело в том, что есть моменты, которые мы хотели бы сами для себя прояснить, связанные с началом штурма и передвижению групп.  Но дело в том, что группа, которая должна была занимать здание детского сада, входившая в разведвзвод Е.Колесникова из 2 дшр, оставила позицию, и переместилась в жилой дом, который выходил на проспект Победы. Зайдя в здание, командир группы приказал на связь не выходить, и в разворачивающемся бою данная группа не участвовала. Затем они ушли из квартала, совершенно случайно не попав под тот страшный огонь , который велся откуда только можно. Учитывая, что выходили они практически напрямую, им несказанно повезло! Командир группы получил высокую награду, с формулировкой "Вывел группу без потерь". Куда, зачем вывел?

Моя 1-я рота выдвигалась с левого фланга (параллельно улице Чернышевского.-прим.автора) У нас там был шестиподъездный угловой дом, разбитый артиллерией посередине. Одна часть у нас, одна у душманов. На сколько знаю, дом разбили артиллерией по просьбе десантников, обрушили посередине, потому что половина дома наша, половина - " духов". И десантники устали отбиваться от вылазок. Вот вторую часть дома моя рота как раз штурмовала, это было нашей задачей. И мы её решили в ближайшие сорок минут, после начала боя. При этом потери были небольшие. У меня за весь штурм было всего 6 раненых. Это наряду с тем, что общие потери батальона на всем штурме были 18 убитых и 34 раненых.

- И вот тут на помощь Вашей роте подошёл танк из 19-й мотострелковой дивизии...

Моих раненых нужно было эвакуировать, а вот эвакуация собственными силами, без прикрытия, состояться не могла никак! То есть на улице с обеих сторон стояло такое тра-та-та, что выйти из подъезда, да просто к окну подойти, было просто катастрофическое происшествие! Несколько идей прорабатывались, как это сделать, как осуществить. Ну комбат говорит, у нас есть танк, бери частоту и взаимодействий с ним. Говорит, он сейчас прикроет, заскочит во двор вашего дома, а вы под этим делом через завал переведете людей. Ну все, связались с танком. У меня позывной "Днепр" был в тот момент, а основной позывной всю войну "Искра". Я точно запомнил, благодаря танку. Танк красиво зашёл, на скорости, валя ларьки, орудие развернуто назад. Выскочил, вдоль нашего дома пролетел, разворачивая на ходу пушку, пролетел  завал, встал напротив угла, где здание образует букву " Г", и строчить строчить ст постят из пулемета! Я кричу ему: "Огонь из пушки!" Он: "Днепр", у меня пушка правильно смотрит?" Я уже из окна высунулся, кричу по рации:"Да правильно, правильно!!! Огонь! Стреляй хоть чем-нибудь!" Ему же достаточно было пороховым зарядом достаточно бахнуть, он в упор к дому подошёл, метров 15-20. Ему бы только шарахнуть, от залпа, в замкнутом пространстве все бы из окон повылетали! Ну в это время по нему летит один гранатомет, попадает по ЗИПам, потом под танк залетает второй. Танк глохнет. По рации командир танка сообщает: "Меня подбили! Будем выходить!" Он явно был на связи со своим командованием, потому что с моей частоты постоянно сделал, я до него докричаться не мог. Тут нужна была оперативность, быстрота решения возникших вопросов, а он докладывает куда-то. Его научили, что нужно докладывать, он и докладывает. В общем, я ему говорю: "Дом слева от тебя! Выходи, там наши! Там полностью наш дом! Выходи туда!" Соответственно, по ротной частоте сообщаю: "Пацаны, танк поддержит!" Ну все были в курсе, про танк, все его ждали. Раненых же подготовили к эвакуации. Сообщаю Козленку: "Сережа, быстро открывайте огонь со всех окон, танкисты выходят! Танкистов принимайте!" Долго не мешкая, буквально через несколько секунд такое тра-та-та! Танкисты только из люков головы высунули, а них поверх голов наши мочат, прикрывают, и плотность огня создали немерянную! Танкистам бы просто выпрыгнуть, и все, они были бы у нас. Тут механик-водитель танка все же заводит танк. Они вначале высунулись, я им кричу по связи: "Выходите! Это наши стреляют, прикрывают вас! Выходите!" И тут танк заводится. Командир сообщает: "Мы запустились, будем уходить". Я в это время был у завала между первым и вторым этажом. Смотрю, танк покатился. Но не так, как входил, а медленно-медленно, видно сильно глушануло механика. Тык-тык-тык, назад катится. Так и не выстрелил ни разу из пушки. Я без каски, поскольку голова не пролазила в щелку, следить за танком, автомат в одну руку, рацию в другую, поднимаюсь на второй этаж. Танк, смотрю, проехал завал, я даже выдохнул, он уже до меня дополз. И в это время как шарахнуло, мама не горюй! Я поначалу думал, что это по мне сразу из нескольких огнеметов попали. Воздух красный, пыль, дом шатается, ходуном ходит, ну думаю - каюк нам, обваливаемся, падаем. Пыль клубами, красным светится. Ну это просто огонь был, в пыли он так выглядит. Не обжигает, но горит ярко. Тут Серёга Козленок выходит на связь: " Танку хана!" - "Как хана?! Он у меня внизу же стоит!" Потом начальник штаба говорил, что на другой стороне, через улицу Розы Люксембург, наблюдали подрыв, а их на стенку шурануло взрывной волной.  Через день осматривали место взрыва. Я ходил, искал что-нибудь от танкистов. В тот день, как в песне Эры Шевчука "А на утро выпал снег", разбитый, грязный, пыльный город покрыло снегом, и возможно поэтому останков танкистов не нашли. На месте взрыва ровно на дне воронки лежала башня танка, с куском ствола, и ощущение возникало такое, что пролежала она лет 15, то есть была ржавая, выгоревшая, в щербинах. Нашёл кусок записной книжки, ну какой-то угол, обгоревший, и больше ничего. Я не знаю, что отправили родителям. А на место взрыва было страшное. Катки залетели в комнату на четвёртом этаже, кусок гусеницы свисал с третьего этажа, с подоконнике. С родителями наводчика танка Миши Засыпкина из Первоуральск потом довелось познакомиться. (Погибший экипаж танка Т-72А N526 141 отдельного танкового батальона 19 мсд (Владикавказ): командир танка младший сержант Евлашин А.В., наводчик оператор младший сержант Засыпкин М.Г., механик-водитель Коршунов С.Ю.)

Окончание следует...


Читайте также:

Премия "Лучшие книги и издательства года - 2021"
Победитель Литературной премии имени Дельвига
Мы - лауреаты конкурса "СМИ против коррупции"
Veterans News - победитель конкурса "Щит и перо"
WVF отметила команду "Ветеранских вестей"

Фото // vvesti.com ©