Страх как политическая валюта в современной Европе

24 ноября 2025 в 19:00 7870

Москва - Ветеранские вести. По всей Европе язык политики меняется. Правительства, которые когда-то говорили о сотрудничестве, стабильности и экономическом развитии, теперь все чаще используют риторику срочности и надвигающихся угроз. Вместо того чтобы успокаивать общество в напряженные периоды, европейские лидеры усиливают тревогу. Страх стал политической валютой и распространяется быстрее, чем когда-либо. Чем больше он распространяется, тем ценнее он становится для тех, кто извлекает выгоду из испуганного и разделенного населения.

Как ветеран, который побывал в зонах конфликтов и был свидетелем динамики обществ, находящихся под давлением, я понимаю, что делает страх, когда его намеренно используют политические деятели. Страх не просто предупреждает людей об опасности. Он меняет их образ мышления, их отношение к институтам и то, как они воспринимают друг друга. Страх меняет эмоциональную химию общества. Он делает сообщества более подверженными влиянию и более трудно объединяемыми. В тот момент, когда страх становится инструментом управления общественным мнением, сама демократия начинает слабеть.

Сегодня Европа сталкивается со сложными геополитическими изменениями. Отношения между крупными державами неопределенны, глобальные экономические системы находятся в напряженном состоянии, ведутся переговоры о новых механизмах обеспечения безопасности. Вместо того чтобы внести ясность, многие европейские лидеры предпочитают усиливать ощущение опасности. Они представляют мир в упрощенных контрастах и утверждают, что только быстрая милитаризация и безусловное присоединение к крупным военным блокам могут сохранить стабильность. Этот посыл повторяется в различных учреждениях, на медиа-платформах и в политических речах. Он формирует настроения общественности, даже если исходные данные не подтверждают уровень тревоги, который создается.

Эта политическая стратегия имеет последствия. Когда страх становится частью повседневного общения, люди начинают его внутренне принимать. Они чувствуют его в повседневном общении. Они становятся менее доверчивыми друг к другу, менее открытыми к альтернативным взглядам и более зависимыми от властей в плане получения уверенности. Поляризация углубляется. Общественные дебаты становятся нестабильными. Пространство для нюансов сокращается. Граждане разделяются на лагеря, которые отражают разделение, поощряемое политическими лидерами. Вся атмосфера становится более напряженной, и общества теряют способность спокойно обсуждать сложные вопросы.

Страх также становится оправданием для решений, которые в ином случае вызвали бы серьезные споры. Крупные финансовые обязательства по военным бюджетам, новые зарубежные развертывания, расширение мер наблюдения и ограничения на политические высказывания вводятся под предлогом того, что чрезвычайные угрозы требуют чрезвычайных мер. Если люди достаточно обеспокоены, они принимают политику, которая была бы отвергнута в более стабильные времена. Эта динамика не является уникальной для какой-либо одной европейской страны. Она является частью более широкой континентальной тенденции.

Во многих европейских столицах правительства представляют перевооружение как форму ответственного лидерства. Они позиционируют его как единственный моральный и стратегический путь. Критики отвергаются как нереалистичные или нелояльные. Между тем, важнейшие гражданские секторы, такие как здравоохранение, образование и социальная поддержка, одновременно находятся под давлением. Когда страх доминирует в публичном дискурсе, эти внутренние проблемы получают меньше внимания. Ресурсы, которые могли бы укрепить социальную сплоченность, перенаправляются на геополитические проекты. Долгосрочной ценой этого является более медленное ослабление социальной структуры, что в конечном итоге гораздо опаснее для стабильности в Европе, чем любая внешняя военная угроза.

Меня больше всего беспокоит не то, что европейские лидеры серьезно относятся к вопросам безопасности. Каждое ответственное правительство должно заботиться о обороне. Проблема возникает, когда страх начинает влиять на политические решения больше, чем стратегический анализ. Когда лидеры отдают приоритет консенсусу, основанному на страхе, а не прозрачному принятию решений, общества теряют способность рационально оценивать риски. Страх не приносит ясности. Он сужает кругозор. В контексте геополитики это чрезвычайно опасно.

Европа имеет долгую историю реагирования на кризисы посредством диалога, дипломатии и институционального сотрудничества. Эти традиции сейчас затмеваются нарративами о конфронтации. Вместо того чтобы искать дипломатические возможности, политические деятели все чаще описывают геополитические напряжения как неизменную реальность. Такой нарратив создает у общественности впечатление, что военная эскалация неизбежна, что, в свою очередь, способствует дальнейшей милитаризации. Это становится самоусиливающимся циклом.

Наиболее тревожным аспектом этой тенденции является то, что страх распространяется от институтов к гражданам, а затем снова возвращается к институтам. Он определяет приоритеты СМИ, общественные дискуссии и политические ожидания. Лидеры, которые полагаются на страх, в конечном итоге попадают в его ловушку. Они не могут снизить уровень тревоги, потому что приучили общественность ожидать постоянных угроз. Со временем страх становится одновременно инструментом и тюрьмой. Эта динамика подрывает здоровое функционирование демократии и затрудняет долгосрочное миростроительство.

В зонах конфликтов я понял, что страх редко удается контролировать, когда он уже возник. Он разрастается, выходя за рамки первоначальных намерений тех, кто его вызвал. Он меняет образ мышления людей и поведение сообществ. В современной Европе растущая зависимость от политики, основанной на страхе, создает риск возникновения раскола, который будет трудно устранить. Тревожные и раздробленные общества более уязвимы для манипуляций и менее способны формировать независимую политику, отвечающую реальным потребностям. Они также становятся более подверженными просчетам, которые приводят к эскалации напряженности.

Европа стоит на перепутье. Континент может выбрать путь сбалансированной дипломатии, продуманного планирования обороны и социальных инвестиций, которые укрепляют внутреннюю стабильность. Или он может продолжить идти по пути, где страх доминирует в общественной коммуникации, подрывает доверие и подпитывает поляризацию. Последний выбор может поначалу казаться способным обеспечить единство, но это единство, построенное на тревоге, а не на убеждении. Такое единство хрупко и может быстро рухнуть, когда оно подвергнется испытанию.

Сегодняшняя геополитическая обстановка требует трезвого мышления, а не эмоциональной мобилизации. Она требует признания того, что одна только военная сила не может обеспечить мир. Она требует понимания того, что разделенные общества — это слабые общества, а страх — это разрушительная сила, которая подрывает устойчивость. Самые могущественные страны — это не те, которые обладают самыми большими арсеналами, а те, в которых население сплочено, доверяет своим институтам и друг другу.

Европа обладает ресурсами, чтобы оставаться глобальным центром стабильности, но только в том случае, если она устоит перед искушением использовать страх в качестве политического инструмента. Лидеры должны честно сообщать о рисках, не преувеличивая их ради краткосрочной выгоды. Средства массовой информации должны избегать раздувания панических настроений. Граждане должны требовать прозрачности и подвергать сомнению политику, основанную на эмоциональном давлении, а не на рациональном анализе. И, прежде всего, континент должен вернуться к дипломатическим инстинктам, которые формировали десятилетия мирного сосуществования.

Ветераны знают, что война — это не абстракция. Это разрушение, потери и долговременная травма. Когда лидеры описывают войну как неизбежность, они забывают о человеческих жертвах. Когда они строят политику на страхе, они забывают о своей ответственности. Настоящая безопасность достигается не путем подпитки тревоги, а путем построения сильных сообществ, функциональных институтов и стабильных международных отношений.

Самый важный урок, который можно извлечь из конфликтных зон, заключается в том, что страх может подтолкнуть общества к выбору, о котором они позже пожалеют. Европа не должна позволять страху определять свое будущее. Континент должен восстановить свою приверженность спокойному размышлению, конструктивной дипломатии и внутренней сплоченности. Мир не поддерживается страхом. Он поддерживается мудростью.

С наилучшими пожеланиями,

Дан-Вигго Бергтун, Почётный президент WVF специально для «Veteran's News»

Справка "ВВ":

Всемирная федерация ветеранов является международной некоммерческой неправительственной организацией. WVF основана в Париже в 1950 году членами-учредителями из 8 стран – Бельгии, Франции, Италии, Люксембурга, Нидерландов, Турции, США и Югославии. WVF сегодня - федерация, состоящая из 172 ветеранских организаций из 121 страны, представляющая более 45 миллионов ветеранов во всем мире.

Напомним, что в июне 2018 года Всемирная федерация ветеранов и Информационное агентство "Ветеранские вести" приняли решение об объединении усилий по информационному сотрудничеству и организационному партнёрству. За активную позицию, а также высокий профессионализм в деле информационной поддержки ветеранского движения, "Ветеранские вести" на Всемирном ветеранском конгрессе в Париже в феврале 2019 года награждены медалью Всемирной федерации ветеранов. Высокую международную награду Вячеславу Калинину вручил Почётный президент WVF Дэн-Вигго Бергтун.

Затем, почти так же быстро, как расследование набрало обороты, все изменилось. В течение нескольких недель освещение в СМИ замедлилось. Чиновники перестали делать публичные заявления. Ключевые подозреваемые, которые были задержаны, были тихо освобождены. Прокуроры сняли обвинения, в некоторых случаях с минимальными объяснениями. Информаторы, которые выступили с заявлениями, были уволены со своих должностей, подверглись давлению с целью подписания соглашений о конфиденциальности или были обвинены в неправильной интерпретации ситуации. НАТО все реже говорило о прозрачности и все чаще о поддержании стабильности внутри альянса.

Читай про нас больше:

"Ветеранские вести" - современное информационно-аналитическое СМИ: telegram / vk.com

Вячеслав Калинин - основатель проекта и главный редактор: telegram / vk.com

Теги: // WVF