Иллюстрация: Алексей Беленёв
Горячая точка "Че"
14 декабря 2024 в 10:00 0Одиннадцатого декабря в России отмечается День памяти погибших в вооруженном конфликте в Чечне. Тридцать лет назад первые эшелоны федеральных войск указом Президента РФ Бориса Ельцина были направлены в республику на борьбу с сепаратистами. Хотя сам конфликт к тому времени бушевал уже четвертый год…
…Шестого сентября 1991 года в здание Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР ворвались вооруженные боевики мятежного генерала Джохара Дудаева. Ранили многих депутатов, убили первого секретаря горкома КПСС, мэра Грозного Виталия Куценко, выбросив с третьего этажа.
День жестокой расправы с мирными людьми, который сепаратисты цинично назвали «освобождением республики от советской власти», стал отправной точкой череды кровавых событий, захлестнувших Чечню и эхом прокатившихся по России. В историях тех лет было много жестокости, предательства и, в противовес этому, героических поступков борцов с террористами. Юбилейный, тридцатый, День памяти – ещё один повод вспомнить солдат и офицеров, которым пришлось на себе испытать страшные последствия поспешного, необдуманного и варварского развала СССР.
Фото: Министерство обороны РФ MIL.RU
Знак свыше в белом оперении
«Володя, смотри: лебеди!»
Владимир Петров задрал голову вверх: над входом в заброшенный цех в псковском небе кружила белая пара. Странно, ведь на улице стылый мороз, первый день весны, а они здесь, да ещё кричат так тревожно.
«Где-то беда!» – проронил один из рабочих.
От этой фразы у Владимира Ивановича сердце кольнуло: а если с сыном?
Дома жена Людмила успокаивала: «Зоопарк рядом. Весну почуяли, вот и летают». Но Владимир Иванович места себе не находил. Через два дня по телевизору срочная новость: командующий объединённой группировкой федеральных сил на Северном Кавказе Геннадий Трошев сообщил о погибших псковских десантниках.
Петров слушал и гнал прочь тревожные мысли. Много лет спустя «Военному обозрению» он рассказал, как, уезжая, сын Дима заверил родителей, что будет на полигоне в Стругах Красных. Но в голове вертелось: вдруг родителей пожалел и скрыл правду? Неужели отправился в Чечню – горячую точку, из которой многие возвращались в цинковых гробах?
Фото: Министерство обороны РФ MIL.RU
Накал ситуации до Грозного предела
1991 год россиянам запомнился надолго: августовский путч, митинги, протесты, задержки зарплат и пенсий, танки на улицах Москвы...
В Грозном сепаратисты под предводительством Джохара Дудаева решили воспользоваться моментом и прибрать к рукам власть в республике. Для начала разогнали членов Верховного совета Чечено-Ингушетии, затем провели выборы, на которых мятежный генерал якобы получил 90% голосов. Инаугурацию Дудаева боевики праздновали громко и кроваво: палили на улицах мирных городов из автоматов, громили квартиры, убивали людей.
Тогдашние ельцинские либералы долго закрывали глаза на этот произвол, но 7 ноября 1991 года Борис Ельцин все-таки подписал Указ «О введении чрезвычайного положения в Чечено-Ингушской Республике». Через два дня соратник Дудаева Шамиль Басаев захватил пассажирский Ту-154 с 178 заложниками и угнал его из Минеральных Вод в Турцию. Это была попытка заставить президента РФ отменить действие Указа и «обратить внимание мирового сообщества на имперские действия России». К счастью, в тот раз захват заложников обошелся без жертв – это был единственный бескровный теракт головорезов. После они не щадили никого: ни мирных людей, ни тем более захваченных в плен силовиков.
Ситуация в республике накалялась буквально по часам. Оппозиционные силы пытались противостоять беспощадным сепаратистам, но тщетно: у Дудаева в подчинении была небольшая армия.
По данным Министерства обороны, в распоряжении у генерала было: 11–12 тысяч человек в регулярных войсках, 30–40 тысяч вооруженных человек в ополчении, из которых 5 тысяч – наемники.
Девятого декабря 1994 года Президент РФ Борис Ельцин подписал Указ № 2166 «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта». В помощь оппозиции Москва отправила технику, деньги, военнослужащих. Федеральные войска вошли на территорию Чечни и вступили в бой с бандитскими группами 11 декабря. В ночь под новый 1995 год российским бронеколоннам поступил приказ: штурмовать захваченный боевиками Грозный.
Фото: Министерство обороны РФ MIL.RU
Задача «умереть»
Генерал-лейтенант в отставке Александр Михайлов, который в 1994 году занимал пост начальника Центра общественных связей Федеральной службы контрразведки, объяснял lenta.ru:
«Понимаете, какой был подход: “Вот сейчас танки войдут, все обосрутся и разбегутся”. У нас почему-то танк является каким-то мистическим фантастическим оружием: будь то в 1991 году в Москве, будь то в Вильнюсе, будь то в Грозном. Почему-то считается, что пришел танк – и все сразу полегли и сказали: всё, сдаемся».
Но сепаратисты, захватившие Грозный, не полегли и не сдались. Они заранее основательно подготовились к появлению российской бронетехники. Оружия у террористов было более чем достаточно, желания убивать тоже. Ловушка была готова.
Писатель, военный корреспондент, ветеран боевых действий Виталий Носков в очерке «Снег на броне» подробно описал историю своего друга старшего лейтенанта десантных войск, которому посчастливилось выжить в бойне на улицах столицы мятежной тогда республики.
После получения приказа выдвигаться в Грозный старлей поинтересовался у одного из старших офицеров группировки:
«Какая у нас задача?» – «Умереть», – отозвался полковник.
Потом объяснил, что на колонну возложена особая миссия – отвлечь врага: изобразить основной удар, войти в город, охватить столько территории, сколько окажется по силам, потом выйти. По замыслу командования, основные федеральные войска должны были брать Грозный с востока, а также с севера и северо-запада.
Потери начались сразу, как только колонна пересекла городскую черту. Поскольку прикрытия не было, «броню» обстреливали сразу с нескольких направлений в перекрест: с высоток, с укреплений, из подвалов. Связь почти не работала.
«Мы знали, что наступает новый 1995 год. В сознании это фиксировалось как дата, и только. Есть такой праздник – Новый год, и всё...» – рассказывал старлей.
Дошли до какой-то площади, заняли круговую оборону. Вокруг бесконечный гул стрельбы – автоматы сепаратистов, кажется, вообще не умели молчать. Но у российских десантников было желание не просто выжить, а выполнить приказ.
На сто метров правее оказался вражеский дот – небольшой кирпичный домик, из которого постоянно строчил крупнокалиберный пулемет. К командиру отряда подполз сержант-разведчик. Поинтересовался, можно ли «шмальнуть» по нему из гранатомета? Потом встал на колено и под пулями боевиков – красавчик – попал четко по цели.
Десантники всю ночь отбивались от атакующих сепаратистов: крики, разорванные халаты, яркие вспышки… Враг пытался забросать группу минами, с обеих сторон без устали работали снайперы.
Чудом продержались до утра.
Выбраться из Грозного – та ещё задача.
«Когда покидали город … колонна встала, – вспоминал старлей. – У меня автомат от грязи, набившейся в магазины с патронами, заклинило. И тут голос: “Возьми мой”. Я опустил глаза в раскрытый люк бэтээра – там лежал тяжелораненый прапорщик, мой друг. Он, насколько мог, протянул мне автомат. Я взял, а свой опустил внутрь люка. Начался очередной обстрел наших подразделений с нескольких направлений. Мы сидели, прижавшись к броне, отстреливались как могли... Истекающий кровью прапорщик снаряжал пустые магазины патронами и подавал их мне. Я отдавал приказы, стрелял. Прапорщик оставался в строю. Он белел от большой потери крови, но снаряжал магазины и всё время шептал: “Мы выйдем, всё равно выйдем”... В этот момент так не хотелось умирать».
Кровопролитные бои в Грозном длились больше месяца, и лишь к 6 февраля удалось отбить его у бандитов. К тому моменту город превратился в руины. Деревья, автобусные остановки, дома, столбы – всё было чёрное, в оспинах от пуль и осколков снарядов. Эти раны на теле столицы республики не заживали долгие годы.
Перемирие, что хуже войны
31 августа 1996 года в дагестанском городе Хасавюрт генералы Александр Лебедь и Аслан Масхадов, который после ликвидации Дудаева возглавил сепаратистов, договорились о прекращении боевых действий и выводе федеральных войск из республики.
Это не было передышкой, и тем более мирным исходом конфликта.
Скорее, наоборот: воевавшие в республике военнослужащие все как один называют Хасавюртовский договор «предательством». На момент его подписания российские вооруженные силы имели все шансы ликвидировать оставшиеся террористические ячейки и закончить противостояние в свою пользу.
Но генералы решили иначе, и это дало бандитам возможность аккумулировать свои силы. Хуже того, жизнь в регионе не стала спокойнее и безопаснее: хаос, анархия, бандитизм, наркоторговля и торговля людьми, грабежи и убийства. Масхадов трусливо пошел на поводу у религиозных фанатиков и принялся строить исламское государство. Ваххабизм, словно смертельная зараза, перекинулся и на другие регионы Северного Кавказа.
Напряжение нарастало, как назревающий нарыв.
Летом 1999 года в Дагестане стояла изнурительная жара. Офицер внутренней службы Сергей Бохонько, который находился в республике на задании, получил по рации сообщение. Сослуживцы докладывали: на другом берегу Терека наблюдается какое-то активное движение.
Когда темную южную ночь прервал одиночный выстрел, спецназ молниеносно пересек мелководье и взял боевиков в полумесяц.
Завязалась активная перестрелка. Боевики огрызались из подствольных гранатометов, российские бойцы напирали. В итоге террористы были вынуждены отступить.
Позже выяснилось, что это была диверсионно-разведывательная группа террориста Хаттаба, которая базировалась в чеченском селе Сержень-Юрт. Головорезы планировали провести теракт за пределами республики, но в тот раз не вышло: нарвались на российский спецназ.
Диорама «Высота 776». Студия Грекова. Авторы: Дмитрий Ананьев, Илья Лебедев.
Седьмого августа со вторжения боевиков в Дагестан официально началась вторая чеченская кампания.
8 против 600
Первого декабря 1999 года в районе села Первомайское небольшая разведгруппа под командованием лейтенанта Александра Соломатина обнаружила засаду противника: примерно 600 боевиков засели на пути движения российского полка.
Соломатин тут же доложил об этом командованию. Но враг, словно почуяв, что план может сорваться, неожиданно атаковал.
Группа лейтенанта получила приказ отвлечь противника. Россиян было всего восемь человек, самому старшему из которых исполнилось 29 лет.
Бойцы прекрасно осознавали, что погибнут, но пошли в атаку на террористов. Приказ надо выполнять.
Боевики тут же обрушили на разведчиков стену огня. Почти сразу умолк второй пулемет – пулеметчик скорчился. Кто-то крикнул, что ранен замкомандира полка.
Александр Соломатин принял решение. Он отдал бойцам приказ отходить и уносить раненых, а сам остался. Продолжил стрелять даже тогда, когда оторвало руку. Встал во весь рост и побежал к бандитам. В последние мгновения жизни сумел дотянуться до гранаты и выдернуть чеку, чтобы забрать с собой на тот свет как можно больше врагов.
Маленькой группе разведчиков удалось спасти целый полк. Ценой этого стала жизнь героя.
Фото: Министерство обороны РФ MIL.RU
Бессмертная десантная рота
Первого марта 2000 года в псковском небе над заброшенным цехом кружила пара лебедей, а в Аргунском ущелье вместе со своими предводителями – арабским наемником Хаттабом и полевым командиром Шамилем Басаевым – метались загнанные в ловушку две с лишним тысячи сепаратистов.
С воздуха по «духам» работала авиация, на земле действовал спецназ и артиллерия.
Гвардии старший лейтенант Дмитрий Петров тоже был здесь. Он действительно побоялся сообщить родителям о том, что едет воевать с террористами на Северный Кавказ. Его десантный 104-й полк получил приказ занять Исты-Корд и создать опорные пункты на высотах 776 и 787, чтобы захлопнуть ловушку.
Но враг оказался быстрее: подошел к высоте 776 до того, как 6-я рота и взвод майора Достовалова успели на ней окопаться. Первую атаку десантникам удалось отбить, но боевики продолжали наступать. Не отдельными группами – волнами. Их было слишком много, а потому почуявший свою гибель Хаттаб не считался с потерями.
«Они просто стеной шли на нас – глаза выпученные, орут: “Аллах акбар!” Одну волну перестреляем, полчаса передышки – и снова атака... Много их было», – впоследствии вспоминал участник боя гвардии сержант Андрей Поршнев, слова которого приводит «Российская газета».
Российские бойцы упорно продолжали держаться за высоту. Лейтенант Дмитрий Кожемякин со своим взводом три часа не давал боевикам обойти позицию десантников с тыла. Когда у лейтенанта и его подчиненных закончились патроны, они кинулись на врага врукопашную.
Лейтенант Олег Ермаков, который успел занять удобную позицию, продолжал прикрывать товарищей, несмотря на ранение в живот. Перед смертью он успел уничтожить шестерых головорезов.
Большая часть роты псковских десантников 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии погибла в бою 1 марта, так и не пропустив противника. Когда у оставшихся в живых закончились силы и боеприпасы, подполковник Марк Евтюхин сделал последнее, что ему оставалось: вызвал огонь артиллерии на себя.
Высота 776 превратилась в ад на земле: арта выпустила по ней более тысячи 120-миллиметровых снарядов. Из всей группы российских десантников выжили лишь шестеро. 84 бойца, в том числе Дмитрий Петров, погибли. Было уничтожено порядка 400 бандитов.
Гибель 6-й роты не осталась без возмездия. Пусть не сразу – спустя годы, но всех главарей преступников постигла кара: смерть или пожизненное заключение.
В 2017 году в Аргунском ущелье у села Улус-Керт установили Поклонный крест в память о солдатах и офицерах легендарной 6-й роты. Их имена, как и других героев обеих чеченских кампаний, которые вернули республике мир и покой, никогда не будут забыты.